Главная » Все публикации » Притчи

Где коров доят...

Где коров доят...

Каких только кунсткамер не найдется на бескрайних просторах нашего необъятного государства!

Одна из них называется «молочная ферма». Вроде бы ничего невероятного, но сколько фантазии и самобытности привнесено сюда пытливым умом нашего народа!

Молочная ферма — это те, кто хочет, что-то отдать, и те, кто по роду деятельности должен это принять. Но просто это только на первый взгляд, ибо обе стороны преследуют сугубо корыстные цели.

Коровы с молоком бывают наши и импортные…

Наши коровы пытаются сбагрить заведомо старый и лежалый товар. Молоко это обогатили добавками и примочками, и теперь даже самая дохлая корова готова поспорить за вкус и жирность этого продукта современных технологий.

Цена на него никогда не может быть меньше, чем на свежее молоко, и поэтому буренки не волнуются за свое существование.

Наряду с нашими телками ферму посещают и импортные молочные представители парнокопытных. Но с их честностью и порядочностью приходит куча такой головой боли, что о них разговор пойдет отдельно.

В общем, приходит наша парнокопытная на эту ферму и говорит:

— Хочу, шоб вы мою жидкость белого цвета с биодобавками упаковали в красивую упаковку и продали как можно дороже.

— Не вопрос, — отвечают ей. — Но у нас своего оборудования нет. Только загон, электричество да доильный аппарат.

— Отлично! — говорит буренка. — Мне больше ничего и не надо. Заберете у меня молоко, а уж продать его — дело техники. Фирма ж гарантирует?

— Не, — отвечают ей. — Не гарантирует. Аппарат у нас только на два соска. Так что либо титьки ваши мять будем по очереди, либо свой привозите, либо наш на четыре полноценных соска в аренду берите.

— На два? — удивляется клиентка. — У коров же меньше 4 сосков не бывает!

— Все бывает в этой жизни, — отвечают ей. - Не хотите? Ну как хотите. Мы ж к вам не в претензии.

— Хорошо, я свой привезу.

— А он у вас сертифицированный? К тому же он наверняка по мощности не подходит. Придется вам это согласовать с нашими службами. У нас, правда, на складе лежит новый доильный аппарат, только что купленный. Но вы ж понимаете, его надо достать, подключить, провести калибровку. Правда, это вам выйдет дешевле и проще, чем свой тащить. Так что выбирайте.

Буренка понимает, что попала, но чего не сделаешь ради престижа...

И она начинает договариваться на условиях доярок.

По ходу дела народ подтягивается, и каждый начинает впаривать телке свои услуги.

Выйдя из зала заседаний, доярки начинают рассуждать о чувстве чрезмерной собственной значимости.

Звучит это все так, что без них ферма бы загнулась уже через час-другой. И вообще, на таких талантливых руководителях держалось и будет держаться все: и ферма, и наука, и техника. Дай им окаменелую лепешку дерьма динозавра — они расскажут где, с кем и для чего жил этот мамонт и даже определят его имя.

Правда, их настроения резко меняются при виде начальников фермы.

Все теряют гордый вид и стараются слиться с ближайшей стеной.

А все потому, что при всей своей незаменимости и значимости доярки четко следуют принципу: «Как сделать так, чтобы ничего не делать и нам бы за это ничего не сделали».

Именно поэтому и перемещаются они исключительно по двое или по трое, всем своим видом показывая озабоченность делами предприятия.

И все бы хорошо, если бы не приезжие коровы. Тем ничего чужого не надо, молоко у них только что приготовленное, да и ведут они себя как-то неправильно. Условия выдвигают, проверяют исполнение контрактов, пресекают нарушения.

Именно из-за них у доярок головные боли и плохое настроение.

Если во время дойки из строя выйдет оборудование, то дело может дойти и до самого главного фермера.

А тот хорошо понимает, что ему, мягко говоря, постоянно пытаются выдать желаемое за действительное, но других доярок у него на примете нету, а эти хотя бы предсказуемы. Если ему понадобится показательная дойка, они сделают все, лишь бы усидеть на своих местах.

Этим-то они и сильны.

Вы можете спросить, что же делают рядовые механизаторы и уборщики, не допущенные к прямому общению с парнокопытными? А ничего они не делают и в прямом, и в переносном смысле.

Тут главное две вещи.

Во-первых, помалкивать, так как на территории фермы действует один простой закон: если ты не допущен, значит, твое мнение никого не волнует.

Такое поведение вызывает негодование доярок, ведь кто-то же обязан прикрывать им тыл после удачных переговоров. И они, как и положено, моментально приклеивают работнику-молчуну цветастый ярлык и больше его никогда не трогают.

Но при этом есть другие работники — исполнительные. Пока первые отсиживаются по разным злачным местам фермы, на исполнительных, причем за то же подобие зарплаты, навешивают обязанности молчунов.

Во-вторых, создать видимость активности чукчи, который что видит, про то и поет.

Делается это изящно и просто. Сидят несколько человек и обсуждают проблему написания служебной записки на тему ремонта метлы, которую для большей ее эффективности надо перетянуть новой веревкой.

Все выжидают, у кого первого сдадут нервы и он начнет хоть что-то делать в этом направлении.

И вот момент ломки происходит. Один встает, и тут же включается хор «чукчей».

Он идет к компьютеру.

Они:

— Надо комп включить!

Он заходит в Word.

Они:

— Надо зайти в Word! И написать докладную.

Он начинает писать.

Они:

— С ума сойти! Кто ж так пишет докладные?!

Он бросает клавиатуру и кричит:

— Делайте сами, раз такие умные!

Они (абсолютно невозмутимо):

— Ты начал — ты и делай, хотя ты все делаешь неправильно. Все надо делать по-другому.

Он:

— Как по-другому?

Они

— Ну по-другому…

«Чукчи» тем и сильны, что, сами ничего не делая, считают, что имеют полное право критиковать и обсуждать то, что видят и слышат.

Вот так двигают экономику две стороны одной и той же уже давно потускневшей медали.




Пожалуйста, оцените публикацию:



Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Все смайлы
Код *:

Хостинг от uCoz